Все книги автора

Воробьев Александр :: Кот в мешке

Запомнить текущую страницу (стр. 1)

Так не хотелось идти на работу, так не хотелось! Так не хотелось вылезать
из-под одеяла, так не хотелось! Где же Барсик? Он всегда любил лежать на
моей кровати в ногах и греть их.
 «Барсик!» - крикнул я. Тишина. Ну  что, пора вставать. Быстро встал, сунул
ноги в тапочки, побежал в туалет и запнулся о что-то мягкое. Под ногами
лежал Барсик и хрипел. Я наклонился, чтобы погладить его, только дотронулся
до его головы, как он ощетинился и вцепился своими острыми зубами мне в
руку. Я резко отдернул руку. Из раны текла кровь. Побежал быстрее в ванную,
промыл рану и обработал «зеленкой».  Поставил варить кофе, вернулся в
комнату, чтобы отругать Барсика, а он лежал без движений в другой части
комнаты, забившись в угол. Я окликнул его, но он не ответил. Подошел,
осторожно потрогал ногой в тапочке, он не шевелился. Перевернул его. Он был
мертв.
Надо было что-то делать. Набрал номер рабочего телефона. Раздались длинные
гудки, трубку никто не брал. Было еще очень рано. 
Нашел в кладовке мешок. Когда-то в нем привозил картошку из деревни.
Завернул кота в старую простыню и положил в мешок. Быстро вышел из дома на
улицу. Платоныч как всегда с утра мел тротуар. Дворник он был примерный,
специалист  в своем деле, дока. Вроде работал только по утрам, когда все
еще спали, никогда не мешал никому, а двор был всегда чистым. Один грех
только был за ним: любил горькую, любую. В общем, пил  все, что горит. 
- Здорово, Никодим Платоныч! 
- Здорово, здорово, как говорится, здоровее видали. А я смотрю: мешочек с
утра захватил, обрадовал старика. Вот спасибо, вот молодец! Да, давно ты
меня не баловал! Много, что ли, бутылок-то?
 	- Платоныч, на работу опаздываю. Не в службу, а в дружбу, помоги. Здесь,
в мешке, совсем не бутылки, а труп. 
У Платоныча изо рта выпала “беломорина”.
 	- Какой такой трупп!?
 	- Кота моего, Барсика, помнишь?
 	- Да как же не помнить? Гоняю его постоянно, потому как гадит везде, а
как весна, так от его визгу покоя никому нет. Спать не дает.
 	- Так вот, он теперь в этом мешке лежит без движений. На тебе сотню,
пожалуйста, похорони по-человечески, то есть по-кошачьи, то есть
по-хорошему. Вечером я к тебе зайду. 
Платоныч снял видавшую виды шапку, которую можно использовать как реквизит
на съемках  фильмов. 
- Ты уж извини, что я так про него, о покойниках не принято плохо говорить,
а, в общем, не плохой кот был, не чета некоторым, и гонял их тут всех,
только шум стоял, и ласковый. Иногда я его даже гладил, а он: «МУР-МУР,
МУР-МУР…» 
У Платоныча по щеке поползла слеза. Вдруг он очнулся от раздумий:
- Ну, тоды ладно. Такмы и быть. Куда его туда, - он выхватил из рук сотню,
спрятал в карман фуфайки. 
- Ладно, на сегодня хватит. Вот, значит, и так хорошо сегодня поработал.
Пора и честь знать.
 	- Опять нажрешься.
 	- А…после работы – имею право. Это вот тебе на работу. Сам говорил, что
торопишься. И то правда. Ну пока, до вечера.
Пришлось ловить такси. Рука болела. Её всю ломило, и она будто горела.
Приехал чуть раньше, чем обычно приходил на работу. В холле встретил
директора.
 	- Ну вот, пример для коллектива, товарищ Троцкий, вы как всегда вовремя и
никогда не опаздываете. Он протянул для пожатия руку. 
- А что это у вас с рукой?
            - Да кошка укусила и померла. 
Он, как ошпаренный, отдернул руку.
 	- Надо бы вас врачу показать! Значит так. Идите в поликлинику, а я пока
распоряжусь. 
О чем распорядится, директор так и не сказал. Но это ничего хорошего не
предвещало. Это была одна из его руководящих фраз, которая могла означать
любые непредсказуемые действия.  Было еще две: поощрить и наказать. Первая
из которых у него   не пользовалась популярностью и применялась крайне
редко. Он быстро зашагал. Почти побежал в сторону своего кабинета. 
Я не спеша вышел на улицу и пожалел, что потратил деньги на такси. Но  с
другой стороны, подумал я, теперь на кошачий корм денег не надо тратить. А
Барсик был котом привередливым, просто кое-что никогда не ел. Мог голодать
сколько  угодно и ждать еды, которую он привык